Александр Седов: «ВНАЧАЛЕ БЫЛО… ПИВО!»

Tweet about this on TwitterShare on VKShare on Facebook116

– Слушай, – сказал он, – может, нам с тобой объединиться в команду? Мы за что ни возьмемся – все так славно получается!

– А с чего начнем?

– Давай пиво пить.

Харуки Мураками,

«Слушай песню ветра»

Этот эпиграф как нельзя кстати подходит для того, чтобы представить вам нашего уникального героя, каждое успешное начинание которого связано с хмельным напитком. Итак, знакомьтесь: Александр Седов – сооснователь харьковских пабов Black Door Pub, Red Door Pub, ведущий блога beerfreak.org, пивной сомелье, один из авторов журнала Beer Box, переводчик сериала «Теория большого взрыва» в составе команды знаменитой студии «Кураж-Бамбей», бас-гитарист и бэк-вокалист группы John Gоlt, диджей… Налейте себе пива – это только начало, разговор будет чертовски интересным!

 

Досье:

Имя: Александр Седов.

Возраст: 31 год.

Живет: г. Харьков.

Окончил: Харьковский национальный университет радиоэлектроники.

Любимые сорта пива: ESB, торфяные стауты и мутная охмеленка.

Лучшая пара еда-пиво: 3-4 вида сыра и вся линейка Rochefort.

Увлечения: сценарное мастерство, велосипед, музыка.

Продолжите, пожалуйста, фразу: «Пиво для меня – это…

– произведение искусства!».

УСПЕХ ОТ СЛОВА УСПЕТЬ

–  Александр, вы невероятно мультизадачный человек. Что написано на вашей визитке – основатель пабов, сомелье, переводчик, журналист, музыкант? И как складывается ваш день, ведь, чтобы все успеть, у вас должно быть четкое расписание?

– У меня еще нет своей визитки, зато ношу визитку наших баров, так как пока что это самое серьезное достижение. Как я все успеваю – сам не могу понять, но один важный секрет есть – уметь отключаться от постоянного потока информации со всех сторон и просто работать. Четкого расписания тоже нет. Утро стараюсь посвящать работе с текстами, пока голова максимально свежая, с полудня всегда есть что делать по барам, ну а ночью можно подогнать какие-нибудь «хвосты». Например, когда переводишь фильм или эпизод, то удобней переводить его с «разметкой» по сценам, поэтому перед сном либо читаю пивные материалы, либо делаю эту самую «разметку» в переводах.

– По специальности вы инженер искусственного интеллекта. Некоторое время работали на международную компанию Plarium, разрабатывающую мобильные и браузерные игры, которые объединяют более 200 миллионов игроков. Что побудило вас покинуть успешную компанию и заняться созданием пабов?

– Во-первых, было страшно весело работать за стойкой. Black Door мы открывали, пока я еще был сотрудником Plarium. На начальном этапе в пабе был всего один бармен, так что большую часть работы мы – основатели – делали сами. Мне всегда нравилось пить пиво и общаться с людьми, поэтому даже после 8 часов работы в офисе, 8 часов за барной стойкой давались как-то очень легко, и я с первых дней задумался о том, что пивное дело мне определенно ближе.

А чуть позже звезды сошлись сами. Когда «Блеку» было четыре месяца, а до открытия «Реда» оставалось дней 20, я понял, что мое направление в компании начали сворачивать, и решил, что это отличная возможность, чтобы выбросить себя из теплого айтишного кресла, взбодрить организм и начать помогать крафтовой революции не только словом.

ДЕНЬ ОТКРЫТЫХ «ДВЕРЕЙ»

– Black Door Pub стал первым харьковским крафтовым пабом?

– Так как мы недавно решили этот вопрос с львовским пабом «Човен», то могу гордо сказать, что Black Door Pub  стал первым крафтовым мульти-тап пабом не только Харькова, но и Украины!

– В чем преимущество и в чем сложность быть первыми?

– Преимущество в том, что можно отрываться на полную. В начале 2016 года мы успешно «оседлали», как оказалось, очень востребованное направление, в которое никто из рестораторов не врубался, поэтому мы могли позволять себе такие вещи, как отсутствие брони, легкий хаос в зале или переименование сортов на доске. Это создает очень крутое настроение бара, которое формирует некую легенду и которое уже нельзя себе позволить на более поздних этапах. Первый «Блек» не проработал и полгода, но многие считают, что это был лучший бар Харькова вообще, а куча людей сокрушаются, что так и не смогли туда попасть.

Сложность же состоит в том, что у нас уникальные условия, и весь опыт приходится нарабатывать самим. Мы часто обмениваемся опытом с «Човном», но до сих пор иногда сталкиваемся с тем, что концепты и идеи, которые действуют во всем мире, на нашей славянской почве не приживаются, а это приводит к горечи разочарования, а иногда даже к финансовым потерям.

– Что «Блек» получил в наследство от паб-культур Великобритании и Ирландии?

– От островной пабной культуры мы взяли, прежде всего, демократичность и, можно сказать, домашнюю атмосферу. Настоящие пабы всегда тесно связаны с личностью владельцев, в них есть свой дух и они не пытаются угодить всем. Помню, как году в 2012-м в Москве я попал в забитый людьми британский паб «Бобби Даззлер», и даже несмотря на то, что на стенах висели подписанные фотографии звезд калибра Prodigy, администратор спокойно разрешил нам пить стоя, выходить с бокалами, а когда мы покидали бар в четыре утра, внезапно обнаружилось, что сам он из Ахтырки (город в Сумской области, Украина – ред.), поэтому бонусом нам досталась фирменная пинта заведения. Вернувшись в Харьков, я опять столкнулся с нашими ресторанами-пивоварнями, в которых надо заплатить 200 гривен за стол и 150 за шоу-балет, чтобы просто зайти и выпить бокал свежесваренного IPA. Уже тогда я понял, что в этом городе надо что-то менять.

– Расскажите, пожалуйста, о концепции ваших пабов – смысл названия, идеи для оформления, пивная политика, «фишки» кухни. Сразу ли входило в планы открытие нескольких разноцветных «Дверей»?

– Не могу сказать, что мы сразу думали о франшизе, но со временем идея со сменой цветов стала реализовываться сама по себе. Название мы выбрали без всяких привязок, просто у нашего первого бара была массивная черная дверь, а все оформление вместе с дизайнером собирали с пятой и дальше страницы Гугла (так как от пивных часов и «карт пивных стилей» в интерьерах уже реально тошнит). По пиву сразу был взят достаточно жесткий ориентир на украинский разливной крафт. Периодически мы ставим и не совсем крафтовое пиво, вроде немецкого вайценбока Vitus, но чаще всего наш выбор – это какая-нибудь новая охмеленка от WoodStone или Varvar.

С кухней тоже существует четкая идеология. Да, у нас есть расширенное меню с салатами и основными блюдами, но каждый паб имеет фирменное блюдо, которым он должен запомниться. Это как в Италии, когда чья-то мама хорошо готовит равиоли, а чья-то мама – зити, так и у нас: если попадаете в «Блек», надо обязательно попробовать один из наших хот-догов, если в «Ред» – нашу фирменную пиццу.

– Какую роль выполняет единственная фотография в пабе – портрет вокалиста The Rolling Stones Мика Джаггера – иконы, вдохновителя основателей, хранителя заведения?

– Возвращаясь к названию, в старом баре у нас была массивная черная дверь, и нам понравилась идея нашего дизайнера Ксюши назвать паб Black Door. Ну, а так как у нас хороший опыт в рекламе, то мы быстро развили тему и не могли не вспомнить про хит Rolling Stones, в котором Мик хочет покрасить красную дверь в черный. Для знатоков творчества веселый портрет на входе был намеком на то, что Мик справился, а остальным он задавал праздничное настроение. Согласитесь, радость Джаггера на фото настолько заразительна, что устоять просто невозможно.

ПИВНЫЕ ВЫБОРЫ

– На момент открытия в Black Door Pub было 8 сортов разливного пива, а также американский и европейский бутылочный крафт. Кто формировал (формирует) пивное меню и в зависимости от чего меняются бренды на кранах?

– Пивным меню занимаюсь я, но все важные точки и закупки мы всегда обсуждаем с командой. У нас есть ряд негласных правил по формированию позиций на досках и своя система классификации пива, но в целом, на доске меняются не бренды, а скорее сорта. С позиции заведения неправильно думать, что гости будут массово готовы пить сразу 6 разных украинских овсяных стаутов просто потому, что 5 из них синхронно сварили наши именитые пивовары, но, в то же время, доска спокойно выдерживает и 10, и даже 15 охмеленных сортов даже от «ноунеймов». Главный принцип здесь в том, чтобы у гостя всегда был выбор между чем-то привычным и сессионным вроде «Белой Ципы» или сухого стаута, но и была возможность рискнуть и попробовать какой-нибудь Chilli IPA.

– С кем из крафтовых пивоваров сотрудничаете?

– Обычно на такой вопрос все отвечают: «Мы сотрудничаем с лучшими пивоварнями», но в нашем случае это правда. Наши самые большие партнеры – это Varvar и «Ципа», которую в Харькове на разлив мы представляем эксклюзивно. Еще мы работаем с заслуженными пионерами в лице White Rabbit, K&F, Collider, «Правда», а в скором времени и с Mad Brewlads. Ну, и нельзя не сказать о том, что наши бары являются неким полигоном испытания для WoodStone – сольного проекта Павла Посохова (главного пивовара White Rabbit). Как и с любыми экспериментами, не все и всегда выходит гладко, но иногда Паша выдает такие сорта, что у меня возникает корыстное желание слить все 30 литров в пэт и сказать, что кег потеряли где-то в дороге.

– Как пиву начинающей микропивоварни попасть на краны в ваших пабах?

– Что касается всех начинающих, мы берем пиво и у них, но сейчас, после стабилизации всех больших игроков, попасть к нам стало сложнее, чем даже полгода назад. В любом случае, вначале мы всегда просим пробник, а потом уже решаем, интересно нам пиво или нет. Могу дать совет всем стартующим пивоварам – ребята, варить милк стаут и американский IPA уже поздно, их успешно варят крупные рыбы. Работайте с более сложными сортами, так как спрос на них намного выше, чем все думают, а рисков и потерь на варке в 300 литров значительно меньше, чем на двухтоннике.

 

– Если бы вы устанавливали пивные краны у себя дома, какое количество их было бы? Какие украинские и западные пивоварни попали бы в тап-лист?

– Мне приходится пробовать достаточно много пива по работе, поэтому дома я стараюсь вообще не пить. Если возникает резкое падение лупулина в организме, то могу заказать свежей охмеленки из «Красной двери», ну а на самый крайний случай у меня в холодильнике всегда стоит пара баночек Fullers, в шкафчике вызревают трапписты и с недавнего времени фантастическая линейка шотландских стаутов Ola Dubh.

– Три главных принципа ваших пабов выведены на барной стойке: «Никакого массового пива», «Никакого пива в долг», «Никаких кальянов». Чем обусловлен этот свод правил?

– Я уже не помню, у кого мы подсмотрели эту идею, но она тоже являлась частью нашего базового видения. В Харькове несколько лет длится бум кальянов, который многих уже откровенно бесит. Мы хотели показать всей этой движухе некий абстрактный средний палец. К списку табу по понятным причинам мы причислили и отвратительное «макропиво», а второй слоган – это просто хороший способ сохранить со всеми гостями дружеские отношения. Причем как бы серьезно ни обижался кто-то из наших друзей часа так в три ночи на «антикредитную» политику, через пару дней он приходит и благодарит нас за лишнюю «неналитую» пинту и отсутствие долгов.

– Посещаете ли вы пабы конкурентов в Харькове? Какое заведение можете порекомендовать и как эксперт в области создания пабов, и как ценитель/профессиональный дегустатор пива?

– Посещаю, так как друзей надо знать в лицо. Но поскольку бары в Харькове уже перешли в стадию дерби, то рекламировать никого не буду.

Так как я – прежде всего биргик, я очень солидарен с Павлом Гайдаржи в приоритетности тап-листа, а не места. Чаще всего я бываю там, где есть польский крафт или небольшие крафтовые пивоварни, на которые у нас уже не хватает кранов. Но в остальном, не могу сказать, что я с удовольствием посещаю наши пабы. Большинство из них открылись по принципу «поставим 20 кранов, и к нам тоже придут». Как раз такой подход и непрофессионализм персонала расстраивает больше всего. В одном из баров мне как-то сказали, что сорт Varvar Simcoe раньше назывался Amarillo, но они не знают почему, а в другом бармен воодушевленно спросил, хочу ли я эль или лагер, хотя лагеров у них на доске вообще не было. Конечно, это все «детские болезни» молодого рынка, но мне, как ценителю пива, не особо интересно потом посещать такие места второй раз.

ЗАРАЗИТЕЛЬНОЕ ПИВОВАРЕНИЕ

– В июне 2016 года в Квасах состоялась первая в Украине коллаборация пивоварни («Ципа» – Александр Шаталов) и паба (Black Door Pub – Светлана Марченко и вы) при участии основателя Collider Brewery Андрея Киселя. Сварили вы первый в стране белый стаут. Что дал вам опыт совместной варки? Каким получилось пиво?

– Лично я тогда наконец-то смог закопать образный топорик войны с Андреем Киселем, а что касается самой варки, то это просто фантастический опыт, который помогает лучше осознать всю внутреннюю кухню самого производства пива. Ну и, конечно, очень приятным оказалось знакомство с Александром Шаталовым. На мой взгляд, ему лучше всех украинских пивоваров удалось совместить качество продукта, привязку к закарпатским традициям и мощное видение бренда. Все заслуги «Ципы» действительно оправданы, и у этого пива больше будущее.

Сама же «Ципа на Барабане» получилась необычно вкусной, и пили ее со скоростью чуть ли не кег в сутки (с нашим «Правдовским» трипелем получилось почти также). Во вкусе было много кофе, дерева, ванили и виски, но ничего из этого не выпирало, и сорт был очень питкий. Если же есть особо сильное желание узнать, что это был за вкус, то у GoodWine есть кофейный Cold Brew IPA от американской пивоварни Rogue, который по вкусу внезапно оказался близок к нашему белому стауту.

– Спустя полгода после первой варки Black Door Pub снова принял участие в коллаборации с «Ципой». Не повод ли это задуматься о собственной пивоварне?

– Повод! И вообще идеал нашей команды – это что-то между киевским «Синдикатом» и берлинским Stone, но это только в планах. Мы ко всему подходим серьезно и пока заняты оптимизацией двух существующих пабов, чтобы потом было проще организовать работу в новых заведениях.

Плюс, мы накапливаем другой уникальный опыт. Не в обиду пивоварам, но часто они не смотрят дальше ворот своего пивзавода. Мы же видим, что завсегдатаи пабов хотят пить и чего им не хватает, так что когда Black Door Brewery начнет обретать физическую форму, у нас уже будут четкие представления о предпочтениях людей.

ПРАЗДНИК, КОТОРЫЙ ВСЕГДА С BLACK DOOR

– Празднование в ваших пабах Дня «Звездных войн» (с костюмами, соответствующей музыкой, переименованием сортов пива) – это традиция? Какие еще необычные даты отмечают в Black & Red Door пабах?

– Тогда это был скорее китч, и не совсем понятно, что делать с круглой датой в этом году*, но, думаю, что мы рискнем. Проблема в том, что год назад у нас было 12 кранов, и народ с официантами уже немного путались. В этом – кранов 18, и контингент у нас стал еще более широким, так что кипиша будет еще больше. Но это нас не останавливает. В сам концепт «Блек Дора» была заложена определенная дикость, и мы от нее никогда не откажемся. Сейчас мы только формируем нашу работу с ивентами, но я могу точно сказать, что самый крутой День святого Патрика в Харькове всегда будет в «Блеке», ну, а со следующего года уже будем пить и за космонавтов, и за другие интересные события.

–  Помимо праздников, вы как пивной сомелье проводите в пабе курс бесплатных образовательных лекций. Как часто это происходит? Чему учите слушателей? Как попасть на ваши лекции? 

– Сейчас это лекции-дегустации и они уже не совсем бесплатные. В основе мероприятия всегда 6-8 интересных бутылочных позиций, которые сопровождаются тематической лекцией на час-полтора. Учу всему – от общей философии пива до тонкостей, например, почему Galaxy – это самый крутой из современных хмелей. Когда начинаешь изучать пиво, то всплывает масса интересных нюансов и подробностей, поэтому нужно только задать вектор, а то, о чем рассказывать, найдется само.

Попасть на лекции не сложно – нужно следить за соцсетями и просто сделать запрос в личные сообщения по поводу наличия мест, как только будет вывешена новая дегустация.

ПИВО – БИТЬ!

– У вас 5 (но очень масштабных) татуировок, одна из которых посвящена пиву. Какому именно?

– Пиву посвящено мое правое предплечье, и изображен там тролль с хмелем в волосах, который держит пинту эля. Изначально я хотел просто британскую пинту в хмелевом орнаменте, но мой тату-мастер предложил развить идею, а из всех пивных этикеток его больше всего вдохновил старый добрый британский бренд Hobgoblin. Получился такой себе одержимый пивом монстр, что перекликается с моим блогом BeerFreak (с англ. – пивной маньяк). Пиво же – это мой любимый Extra Special Bitter, тот сорт, который предпочту в любом месте, в любое время суток.

– Вашу шею обвивает большая надпись Irish Blood. В ваших жилах действительно течет ирландская кровь?

– Точно знаю, что у меня в роду были испанские дворяне-католики, так что все может быть. Но нет, это скорее что-то вроде мотивационной надписи. История Ирландии очень похожа на историю Украины. Ирландцы тоже пережили голод, им тоже долго пришлось выходить из состава империи, что они успешно выполнили лет на сто раньше нас. Но при этом народ сохранил жизнелюбие, оптимизм и остался очень ярким пятном на земном шаре. Звучит странно, но все ирландское и кельтское вдохновляет меня любить свою страну не меньше, чем я люблю далекий Зеленый остров.

– Вы упомянули свой язвительно-познавательный блог. Назовите причины стать подписчиком BeerFreak.org.

– Увы, блог сейчас подзаброшен, но я все же назову одну – там я повешу первые новости о пивных книгах над которыми, наконец-то, могу активно работать.

– Ну и раз уж заговорили о будущем, есть информация, что сейчас готовится к открытию White Door Pub. Когда состоится «премьера» паба? Что нового ждет любителей крафта за белой дверью?

– Ха! Как ловко мы водим всех за нос! У нас уже есть базовый концепт следующего заведения, но нет, эта дверь будет другого цвета.

ЛЕГКОСТИ ПЕРЕВОДА

– Вы работаете над переводами сериала «Теория большого взрыва». Как вы познакомились с «голосом» проекта Денисом Колесниковым? Как попали в состав команды «Кураж-Бамбей»?

– Звучит диковато, но работе в «КБ» я тоже обязан пиву 🙂

Году так в 2005-м мы с сокурсниками активно увлекались новыми технологиями и всей гик-культурой, поэтому, когда в 2007 году вышла «Теория», мы сразу скачали первые эпизоды и с удовольствием посмотрели их. Потом был страйк гильдии сценаристов, сериал приостановили, и он выпал у меня из виду. Но уже после второго сезона кто-то из знакомых посоветовал посмотреть его в озвучке Дениса, которая мне очень понравилась.

Осенью 2009 года, когда стартовал третий сезон, я отметил в первой же серии пару неточностей в переводе. Так как смотрел я ее под пиво, то решил, что мне непременно надо написать об этом в «Кураж». Мне ответили и предложили применить свои знания в проекте.

– Не секрет, что успех иностранного фильма у нас во многом зависит от точного перевода и адаптации шуток, фраз, построенных на игре слов, сленге, терминах, которыми, в частности, насыщена «Теория». Как вы справляетесь с этими сложностями. Какие научные тексты дались труднее всего?

– Научными текстами в команде занимается физик Марк, он бывал и на Большом коллайдере, и в Калифорнии, где даже умудрился познакомиться с научным консультантом самого сериала. Что же касается шуток, то самые сложные те, которые связаны с визуальными образами. Всё, что шутят текстом, еще можно обыграть, но если герой показывает на кошку, то про собаку тут уже не пошутишь. Что же касается всего стиля «Куража», то за это отвечает Денис. Задача команды переводчиков – отдать ему максимально качественный и понятный перевод, а там он уже подключает свое кунг-фу.

– Помимо науки, герои увлекаются комиксами, играми, сериалами… Необходимо ли вам было глубокое погружение в знания «ботанских» развлечений?

– Тут мне никакое погружение не нужно. Я увлекался всем этим еще до «Теории», часть увлечений, конечно, пришлось забросить из-за нехватки времени, но солидная база осталась. И расскажите теперь моей бабушке, что от компьютерных игр нет никакого толку!

– Сколько человек работает над переводом серии и какое количество времени это занимает?

– Всего шесть: Денис со своим звукорежиссером, три переводчика и один научный консультант. Перевод серии в одиночку занимает около 4 часов, запись, если я правильно помню, столько же. Но так как оригинальная «Теория» выходит в пятницу утром, то справляемся мы чаще всего к воскресенью.

– В 2012 году вместе с Екатериной Диппер вы выпустили книгу «Теория Большого взрыва: гид по сериалу по версии Kuraj-Bambey». На тот момент на экраны вышел только 4 сезон ситкома. В связи с тем, что «Теорию» продлили до 12 сезонов, можно ли рассчитывать на переиздание книги?

– У нас были такие предложения, но сейчас команда перешла от диковатого волонтерства к уже серьезной работе над сериалом для канала Paramount Comedy, так что не совсем понятно, разрешат ли нам уже официально дописать наш все-таки неофициальный гид.

– С кем из создателей «Теории» или актеров, сыгравших главные роли в сериале, вы хотели бы встретиться? О чем спросить?

– О любимом пиве, конечно. Интересно было бы пообщаться Чаком Лорри, создателем сериала обо всей этой сериальной кухне. Мы-то здесь видим только готовый продукт, но понимание того, как он делается, явно помогло бы с некоторыми моментами перевода, да и в работе в общем.

– В каких еще проектах «Кураж-Бамбея» вы принимаете участие? Какие фильмы/сериалы хотели бы переводить?

– Помимо «Теории», я работаю над материалами для канала Paramount Comedy, за этот год осилил уже три сезона сериала «Ки и Пил», а также два полнометражных фильма. Очень хотелось бы перевести и озвучить BrewDogs, но пока на это нет времени, а вообще интересно было бы поработать у Олексы Негребецкого (автор культовых переводов на сериалов «Альф», «Друзі», «Шрек», фильмов «Пірати Карибського моря», «Гаррі Поттер та Орден Фенікса»), так как именно невероятно талантливые украинские переводчики подарили миру слово «Бензоград», которое я когда-нибудь себе набью.

ВСЕ МЫ ДЖОН ГОЛТ!

– Саша, вы музыкант. Играете «хард-рок под сильным влиянием современного шведского glam/sleaze и немного панка». Влияют ли ваши музыкальные вкусы на фоновую музыку в пабах?  Дает ли концерты John Golt в Black & Red Door пабах?

– Оба наших паба не особо подходят для живой тяжелой музыки, поэтому на концерт мы не решаемся, что же касается саундтреков, то у меня очень обширный музыкальный вкус и он очень помогает с подбором того, что у нас играет. Нет ничего хуже, чем бар, в котором три года как запущен на повтор один и тот же старый рок или, упаси господи, «Хит ФМ». Музыка – это очень важный элемент паба, и, если бы время позволяло, я бы стабильно обновлял наши плейлисты раз в две-три недели.

– Часто ли группа выступает в харьковских клубах? Гастролируете ли вы? Принимаете ли участие в тематических музыкальных фестивалях?

– Временно нет. Год назад мы сменили барабанщика, и нужно время, чтобы возобновить концертную деятельность. Гастролировать хотим, но уже в направлении Европы. В наш локальный малый шоу-бизнес входить как-то неоправданно тяжело, да и толку от этого мало.

– Группа основана в 2010 году и названа в честь главного героя романа Айн Рэнд «Атлант расправил плечи» – верно? В 2013 году вышел дебютный альбом Served Hot. Когда планируете выпустить следующий диск?

– Да. На момент основания трое из четырех участников, не сговариваясь, читали «Атланта», и даже более, на обложке нашего первого EP мы попросили сделать зеленоватые рельсы. Второй альбом будет уже летом, мы как раз дописали всю инструментальную часть, теперь дело за вокалом.

– Музыка для вас – это хобби или вы строите серьезные планы покорения хард-рок сцен мира?

– Музыка – это некий внутренний стержень. В своих лекциях я часто сравниваю крафтовое пиво с независимой музыкой. Если ты действительно творец, то ты не можешь перестать хотеть делать и пробовать что-то новое, это справедливо как для новых подвидов IPA, так и для хард-рока. Для покорения мировых сцен пока как-то не хватает ресурсов, но создать хороший локальный продукт определенно хочется!

Беседовала Татьяна Лебеденко

Фото Александры Гелло

и из архива Александра Седова

Tweet about this on TwitterShare on VKShare on Facebook116